Текст песни Валентин Гафт - Прощание бюрократа с кабинетом
сл. Ю.Ряшенцева
Наливался тучами закат,
Перестройку начали с рассвета.
Не по делу снятый бюрократ
Со своим прощался кабинетом.
Ты прощай, мой светлый кабинет,
Ты прощай, ковровая дорожка,
Дай в карельском кресле напослед
Посижу хотя б ещё немноЖко.
Пусть в последний раз в мой строгий взгляд
Ясный свет прольётся из плафона.
Пусть по мне прощально прозвенят
Все мои пятнадцать телефонов.
Разьве ж я хоть что-то разрешил?
Разьве ж я вошёл куда без стуку?
Так за что же камень положил
Рок в мою протянутую руку?
Что ж вы друга бросили, друзья?
Как зачнёт судьба его мытарить...
Ведь простой душе его нельзя
С миром без селектора гутарить.
Так сказал и вышел по ковру,
Уходил всё дальше он и дальше.
И слеза катилась по бедру,
По бедру крутому секретарши.
Граждане, душа моя чиста,
Жду от вас посильного привета.
Кто и есть на свете сирота -
Это гражданин без кабинета.
Лозунг на момент текущий свой
Я внедрить имею намерЕнье :
- Помогите медью трудовой!
Перед вами - жертва ускоренья!
- Помогите медью трудовой!
Перед вами - жертвы ускоренья!
О чём эта песня
Это ироничная прощальная ария бюрократа, которого сняли с должности на фоне перестройки и ускорения, но который оплакивает не дело, а кабинет, ковровую дорожку, карельское кресло и пятнадцать телефонов, как будто теряет близких. Настроение — издевательски-сентиментальное: высокий тон романса и жалобной элегии сталкивается с канцелярской рутиной, селектором, плафоном и «медью трудовой», из-за чего получается сатира, а не трагедия. Приёмы здесь — гипербола, пародийный пафос, повтор-заклинание и горькая насмешка: герой уверяет, что «душа чиста», и объявляет себя «жертвой ускоренья», хотя сам же признаётся, что ничего не разрешал и никуда не входил без стука. В финале одиночество бюрократа становится почти всеобщим: «жертва» превращается в «жертвы», и просьба подать «медью трудовой» звучит как последний, уже не страшный, а смешной лозунг эпохи.
Комментарии